Одного года оказалось на всю жизнь

Тан Пин с мужем и детьми на семейной встрече с родственниками мужа в 2015 году.

В 2005 году, когда мне только исполнилось 20 лет, я уехала из Гуанси в Ханой изучать вьетнамский язык по годичной программе. В то время Вьетнам для меня был лишь страной, которую я видела на карте и о которой слышала от учителей.

В день, когда я впервые ступила на землю Ханоя, всё вокруг словно промелькнуло перед глазами, как красочный фильм: мелодичная интонация вьетнамской речи, непривычная для меня одежда, разноцветные ряды домов и стремительный ритм жизни на улицах. Я с любопытством всё рассматривала и одновременно спрашивала себя, каким будет мой следующий год в этом месте.

Я не могла представить, что этот один год станет поворотным моментом всей моей жизни.

Со своим будущим мужем я познакомилась на репетиции художественной программы, посвящённой годовщине основания университета. Я была студенткой-иностранкой и записалась участвовать в выступлении, а он был хореографом. В тот день среди десятков людей я даже не обратила на него внимания.

Тан Пин с мужем на свидании в Ханое в 2008 году.

В то время мы в основном общались с помощью сообщений и телефонных звонков. После каждой репетиции мне часто звонили с незнакомого номера. Поскольку я тогда лишь немного говорила по-вьетнамски, я не обращала внимания: не брала трубку и не отвечала на сообщения. Теперь, вспоминая об этом, я думаю, что именно поэтому ему долго не удавалось найти возможность познакомиться со мной.

Переломный момент наступил совершенно случайно. Один мой старший товарищ по учёбе, с которым я была знакома раньше, пригласил меня выпить кофе и представил своего спутника — им оказался он. Только тогда я с удивлением поняла, что именно этот человек всё это время настойчиво звонил и писал мне.

С того дня он сам начал интересоваться моими делами, знакомил меня со своими друзьями, водил меня по Ханою и предлагал попробовать местные блюда, названия которых я прежде даже не слышала. Сначала наши обычные разговоры вроде «Как прошла сегодня учёба?» и «Ты уже привыкла к вьетнамской еде?» постепенно перешли к разговорам об учёбе, семье и планах на будущее.

Тан Пин с мужем на отдыхе в Дошоне, Хайфон в выходные в 2007 году.

А потом он признался мне в любви.

Всё произошло слишком быстро, и это заставило меня насторожиться. Я предложила нам остаться просто друзьями, чтобы у нас было больше времени узнать друг друга.

Он не сдался. Он продолжал заботиться обо мне, поддерживать и помогать каждый раз, когда я сталкивалась с трудностями. Чем дольше мы были рядом, тем лучше понимали друг друга. Он не был человеком, который постоянно говорил красивые слова, но каждый его поступок заставлял меня чувствовать доверие и спокойствие. Когда я поняла, что в минуты радости или печали первым человеком, с которым мне хочется поделиться всем, всегда становится он, я осознала, что мои чувства к нему уже давно выросли. Я поняла, что хочу продолжить жизненный путь вместе с этим мужчиной.

Но путь к счастью никогда не бывает прямым.

После окончания учёбы я рассказала родителям о наших отношениях и столкнулась с их категорическим несогласием. Они потребовали, чтобы я прекратила эти отношения и немедленно вернулась домой. Я понимала их тревогу: их дочь одна находится за границей, сталкивается с языковыми и культурными различиями, а если выйдет замуж далеко от дома, ей придётся во многом рассчитывать только на себя, ведь семья не сможет сразу оказаться рядом, чтобы защитить, позаботиться о ней или поддержать в трудные моменты.

До сих пор я ясно помню взволнованный голос матери в телефонном разговоре: «Ты же девушка, почему хочешь выйти замуж так далеко от дома? Что будешь делать, если в будущем тебе придётся терпеть несправедливость или столкнуться с трудностями? На кого ты сможешь опереться? Родных рядом не будет, кто будет о тебе заботиться?» В то время друзья тоже советовали мне прекратить отношения.

В те дни под огромным давлением я мучительно разрывалась и в конце концов совершенно выбилась из сил. В итоге я решила отказаться от личных чувств и вернуться в Китай. По телефону я сказала ему, что найду работу у себя на родине и больше никогда не вернусь во Вьетнам.

Свадьба Тан Пин состоялась в 2009 году в присутствии и при благословении родных с обеих сторон.

Я ясно чувствовала его разочарование по телефону. Но он сказал: «Я не сдамся».

В последующие дни он постоянно отправлял мне электронные письма, рассказывал, как скучает, и просил меня ещё раз всё обдумать. Чтобы заставить его отказаться от надежды, я отвечала ему резко и безжалостно, а затем полностью прекратила общение, избегая даже расспрашивать общих друзей о нём. Я говорила себе, что без благословения семьи лучше закончить всё как можно раньше. Я думала, что наша история закончена.

Однажды вечером я сидела рядом с близкой подругой у себя на родине, когда у неё зазвонил телефон. Подруга ответила, и её лицо вдруг изменилось от удивления. Затем она молча протянула телефон мне. Сначала я подумала, что она решила пошутить надо мной. Только когда услышала знакомый голос, я поверила, что он действительно приехал в Китай.

Позже я узнала, что, чтобы найти меня, он связался со всеми моими однокурсниками во Вьетнаме и через нескольких людей добыл номер телефона этой подруги. Затем он в одиночку отправился в Китай, имея в своём багаже всего три фразы на китайском: «Здравствуйте», «До свидания» и «Сколько это стоит?»

В тот момент, когда я поняла, что этот мужчина преодолел и географическое расстояние, и языковой барьер только для того, чтобы найти меня, моё сердце было полностью покорено. Именно тогда я поняла: Вьетнам больше не был для меня временной остановкой. Он стал местом, с которым я хотела связать всю свою жизнь.

Однако из-за позиции моих родителей в то время нашим отношениям было трудно сразу получить их одобрение. Поэтому я сказала, что нашла работу во Вьетнаме, и вернулась в Ханой. В конце концов родители согласились, но поставили условие: я не должна продолжать отношения с ним.

Я решила молча хранить свои чувства в сердце и продолжала быть рядом с ним все последующие годы. Через четыре года, когда наши отношения стали достаточно зрелыми, я настойчиво убеждала родителей дать ему возможность встретиться с ними.

Во время первой поездки со мной домой этот обычно уверенный в себе мужчина сильно волновался. Он постоянно спрашивал меня, что нравится моим родителям, на что нужно обратить внимание при встрече, и боялся произвести плохое впечатление. Хотя его знание китайского языка было ограниченным, его вежливость, зрелость и искренность тронули мою семью.

После той встречи отношение родителей заметно изменилось. Они сами начали спрашивать о его работе и семье и были готовы слушать мои рассказы о годах, которые мы провели вместе. Вскоре родители согласились: «Этот молодой человек выглядит очень достойным и действительно искренне относится к тебе». Услышав эти слова, я наконец почувствовала, как камень, много лет лежавший у меня на сердце, упал.

Теперь каждое утро, просыпаясь в нашем небольшом доме в Ханое, я улыбаюсь, когда слышу, как мой ребёнок щебечет по-вьетнамски, а затем по телефону обращается к бабушке и дедушке на китайском языке. Этот маленький семейный очаг стал местом встречи двух родных краёв.

Двадцать лет назад я приехала в Ханой, пообещав себе вернуться домой всего через один короткий год. Я не знала, что эта земля примет меня с такой теплотой — подарит мне любовь и маленькую семью и превратит ту поездку на один год в связь на всю жизнь.

Рукопожатие с роботом

Я приехал во Вьетнам из-за числа 11